ДиксониЯ:

О Карском Граде и Его Горожанах

Инструменты пользователя

Инструменты сайта


библиотека:о_невольных_участниках_великих_открытий
Untitled

«О невольных участниках великих открытий»

Аксинья РУДИНСКАЯ

Проводники северных экспедиций… Сколько экспедиций, преследующих разные цели, направлялось сюда к нам, на Север. В историю освоения Арктики вписаны имена великих ученых: исследователей, этнографов и географов, исследовавших Таймыр. Но сегодня, к великому сожалению, на Таймыре не осталось людей, помнящих или хотя бы косвенно имевших отношение к тем событиям.

Начало

Конец XVI века. Таймыр заселяется русскими. Вот как описывает то время Николай Николаевич Урванцев в книге «Таймыр – край мой северный»: «Кроме Мангазеи существовали поселения с оседлым зимующим населением: Туруханск, Хантайка, Дудинка, Хатанга, Волочанка и другие». Ослабление военной мощи Русского государства в «смутное время» (1603-1613 гг.) вследствие нашествия шведов, польской интервенции вводится запрет на торговлю немцев в Мангазее «…немцам торговать ездить в Мангазею немочно, да и не токмо им», не было велено русским людям от Архангельска ездить с целью «поторговать» в Мангазею «…чтоб на них смотря немцы дороги не узнали». Возникло опасение «захвата богатой, но беззащитной в то время Сибири иностранцами. Закрытие морского пути тяжело отразилось на жизнь всего Таймырского полуострова. Промыслы без рынка сбыта быстро пришли в упадок. «Мангазея заглохла и опустела». Промысловики неохотно делились сведениями о своих находках и открытиях новых земель с воеводами и приказными. География края была забыта». Учитывая все эти факты, можно понять промышленных людей того времени, когда они скрывали богатые промыслами места от местного населения. Придумывали разные уловки, чтобы закрыть к ним доступ. Возможно, именно это и является первопричиной того, что остров Сизой (Сусой или Сысой – автор.), некогда открытый и освоенный смелым охотником, оброс разного рода мифами, став землей-легендой. И только спустя годы, он был вновь открыт Никифором Алексеевичем Бегичевым и назван «Большой Бегичев».

Своими воспоминаниями о событиях того времени со мной поделилась моя бабушка, Анна Петровна Антонова (девичья фамилия Кудрякова). Родилась моя бабушка 19 июня 1903 года на Кудряковском станке Хатангской волости. Вот, что она сообщила: «Давно это было. Чтобы обойти землю, один большой человек, по тем временам очень большой начальник, приезжал, Биегисэп звали его. Мои родители, отец и мать, согласились проводить его на оленьих упряжках до побережья моря. Там еще было вроде какого-то жилища, сама я не помню, но об этом говорили взрослые. Они (родители) вернулись, дальше на оленях не поедешь – море. Это ведь давно было».

И действительно, это было давно. Ведь бабушке сто шесть лет, но ее удивительно цепкая память пронесла сквозь время события, участников этих событий, фамилии. И, то бесценно, что все рассказанное ею можно отыскать в архивах, прочитать на страницах документальных публикаций.

И это все о нем

Безусловно, бабушка, говоря Биегисэп, имеет в виду замечательного следопыта, известного исследователя Таймыра, боцмана Никифора Алексеевича Бегичева – «Улахан Анцыфор» - Большой Никифор, как называли Бегичева жители Таймыра.

Но, что за остров «Хусуой», или остров «Абаахы», о котором упомянула бабушка? Чтобы ответить на этот вопрос, нам предстоит заглянуть в историю развития Таймыра, а именно в период 1900-1908 гг.

Передо мной книга Казимира Лисовского «По следам Улахан Анцыфора», несколько газетных статей и Информационный лист Таймырского окружного краеведческого музея о жизни Н.А. Бегичева. Ответственный за выпуск В.И. Листгартен, научный сотрудник музея. Здесь дается подробная биографическая справка о жизни Никифора Бегичева, мы же приведем лишь некоторые, интересующие нас, факты из Информационного листа:

«Никифор Алексеевич Бегичев родился 9 февраля 1874 года в г. Царев Астраханской губернии в крестьянской семье… Рос (Бегичев) сильным, выносливым, закалял себя, готовился к трудной службе на море…».

«…В 1900 году был приглашен в полярную экспедицию Эдуарда Васильевича Толля, уходящую на поиски Земли Санникова. На шхуне «Заря» Н.А. Бегичев служил боцманом. Общение с великим ученым (Э.В. Толлем) помогло Никифору Алексеевичу приобщиться к науке. В экспедиции часто приходилось выполнять различные замеры, подсчеты, в которых принимали участие не только специалисты, но и члены команды корабля. Н.А. Бегичев научился здесь пользоваться различными геологическими, астрономическими приборами. В дальнейшем это ему очень пригодилось…».

Для нас очень важно то, что с 1906 года Н.А. Бегичев проживает в Дудинке. Он ведет промысел песца в тундре. Называли его «Улахан Анцыфор», что значило «Большой Никифор» за высокий рост, могучее телосложение, широту души. Его дом открыт для гостей. Много о севере и его жителях узнавал Бегичев из уст охотников, оленеводов. Однажды он услышал легенду, которая буквально захватила его своей таинственностью и правдоподобностью. Поведал ее Никифору Алексеевичу долганин Захар Бетту:

«Находится он в море против Хатангского залива. Дорога туда известна, а ходить нельзя. Никто оттуда живым не возвращался. Живут на острове дикие шайтаны. Пошел туда однажды храбрый и сильный человек Сизой с людьми Саха, думал много зверя упромышлять. Песца там беда как много. Но шайтаны разогнали его оленей, убили товарищей. Остался Сизой один и умер. С тех пор зовут тундровики этот остров Сизой».

«…В 1908 году на свои деньги покупает (Н.А. Бегичев) все необходимое для экспедиции. Самое трудное – подобрать надежных людей. Все боятся заклятого острова. Все же нашлись двое: Семенов и Гаркин. В тундре к ним присоединился долганин Диомид Уксусников – знатный охотник…».

«…Обследуя неизвестный науке остров, исследователь обнаружил там залежи каменного угля, нефти, собрал большую коллекцию древних окаменелостей, мамонтовой кости, добыл много зверя: песца, белых медведей, моржей. Кроме того, обследовал находящийся рядом небольшой остров, нанес его на карту. Собрав все данные, Н.А. Бегичев в 1909 году делает доклад о своем открытии в Академии наук в Петербурге. Все поражены сметливостью этого простого русского человека. Не имея даже общего среднего образования, он не только сделал такое великое открытие, но и выполнил всю научную документацию…».

Конечно, остров «Хусуой», о котором рассказывает бабушка, и есть остров Сизой.

Вот как описывает этот период жизни Н.А. Бегичева Казимир Лисовский, автор книги «По следам Улахан Анцыфора».

«…После мобилизации из флота, Бегичев прибыл в Петербург и прямо с вокзала направился в Академию. Встретили его сердечно, поздравляя с благополучным возвращением. Популярность боцмана Бегичева росла. Но ни это, ни полученные им награды не вскружили ему голову. Никифор Алексеевич мечтал о новой экспедиции… Прожив более месяца без дела, он покинул столицу и выехал в родной Царев. …В Цареве он встретился с одним из старых полярных друзей, матросом Толстовым, который когда-то зимовал на яхте «Заря». Толстов предложил вместе отправиться на Север… Так он попал в Дудинку…».

Как писал в свое время Александр Федорович Миддендорф «…подобно кочующим, надобно уметь ограничиваться наименьшей поклажей, не делая в этом отношении даже для платья исключения, несмотря на суровость климата. Подобно кочующим, надобно уметь продовольствовать себе охотой или рыбной ловлей и еще лучше всякого кочевника надо иметь гибкую готовность и сноровку то управлять парусами, то обращаться с собаками, оленями и лошадьми; то быть гребцом, то неутомимым пешеходом, чтобы так или иначе сделать что-нибудь свыше обыкновенной возможности…», именно таким и был Н.А. Бегичев по описанию К. Лисовского.

Легко было такому человеку снискать уважение у жителей тундры. Он много беседует с ними «о здешних землях». Кочевники Авамской тундры рассказали Никифору Алексеевичу о замечательном озере Таймыр, «берега которого покрыты яркими невиданными цветами. За озером начинается хребет Бырранга, якобы совсем недоступный человеку». В чуме старого Саха, ему довелось услышать рассказ о таинственной «Земле дьявола», откуда никто не возвращался домой. Стерегут этот «дьявольский остров» шаманы. Н.А. Бегичева, как истинного путешественника, заинтересовала таинственная земля. «Старый Саха более или менее точно указывал местоположение «земли» и говорил, что остров назван именем охотника Сизоя, который отправился туда промышлять и не вернулся. Находится же остров против Хатангского залива, неподалеку от полуострова Юрюнг-Тумус. Днем и ночью оберегает его Соляная Сопка – Тус-Тах, как называл старик, и зверя там много. Однако горе тому, кто осмелится пойти туда!». И Никифор Бегичев загорелся мыслью посетить эту удивительную землю, до сих пор не нанесенную на карту. «Мимо острова проходили суда великой Северной экспедиции, позже в тех местах плавал Норденшельд, а еще позже – геологическая экспедиция Толмачева… Как же никто не заметил «дьявольской» земли?..».

Свидетели прошлого

Приведенные выше факты о пребывании Бегичева на Таймыре, о том, что им был открыт остров, о Сизове, только усиливают интерес к рассказам Анны Петровны, не умеющей читать, писать, не знающей русского языка, но хорошо запомнившей эти события.

Анна Петровна пересказала только то, что она слышала от родителей и то, что они были проводниками экспедиции Н.А. Бегичева. Велика вероятность и того, что она сама могла быть невольным участником экспедиции, ей тогда было 5 лет. Ведь на дальние аргиши долганы всегда ездят всей семьей. Подобное путешествие очень подробно описал Н.Н. Урванцев: «…Организация оленного каравана, с которым придется путешествовать, - дело сложное. Пастухи всегда едут со своими чумами и семьями. В одиночку, как говорят, на «легкой санке», они отправляются на день-два только «гостевать» или что-либо купить…». О факте перекочевки проводников-кочевников «чумами» писал и А.Ф. Миддендорф: «…Медленно потянулись мы за обозом кочевой орды, начавшей свои летние странствования, простились в Коренном с последним жильем и чахлым лесом и мало по малу вдавались на север все дальше и дальше, передаваемые одной Самоедской ордою другой…».

И родители Анны Петровны, Петр и Федосья Кудряковы, выехали семьей проводить «большого человека», «начальника» до «Острова Дьявола». Отец Анны Петровны Антоновой, Петр Васильевич Кудряков, занимался кузнечным делом. Кузнечные инструменты отца и несколько металлических изделий, работы Петра Васильевича, со слов Анны Петровны, приобрел этнограф Хилипсоп (П.В. Слепцов - якутский краевед-этнограф) . Вот несколько строк из книги старшего научного сотрудника Музея антропологии и этнографии (Кунсткамера) Российской Академии наук Вячеслава Ивановича Дьяченко «Охотники высоких широт: долганы и северные якуты», которые уместно привести в качестве подтверждения сказанного: «Большая коллекция, закупленная по этнографии Лено-Хатангского края П.В. Слепцовым, хранится в архиве Музея антропологии и этнографии (Кунсткамера) РАН №№ 4128, 4129 более 500 предметов».

Александр Федорович Миддендорф в своих научных трудах по результатам своего знаменитого трехлетнего путешествия на Крайний Север и восток Сибири дает подробные описания харак-теров своих спутников:

«…4 апреля мы опять пустились в путь, но уже по другим дорогам: простившись со старцем Енисеем, который помог нам проехать больше 200 географических миль, мы поворотили, сперва вверх по речке Дудине, потом все больше на север, по ровному хребту гор, затем по северной половине озера Пясина, к селу Введенскому, на р. Пясине. Это место получило в наших глазах особенное значение: здесь мы приобрели себе толмача в лице одного здешнего жителя, почти семидесятилетнего старика, Тита Лаптукова, достаточно владевшего языком самоедским. Это был человек, похожий на гнома, не сгорбленный, но как бы ссохшийся и до того закаленный против всех непогод севера, что, смотря на него, думалось, может ли умереть эта мумия?…». Далее о Тите Лаптукове путешественник пишет «наш лукавый проводник смешанного долгано-самоедского происхождения».

Тема «Проводники северных экспедиций» требует внимания со стороны ученых, литераторов, журналистов и так далее. Мало кто писал о своих проводниках, за рядом исключений, таких, как Александр Федорович Миддендорф, Василий Николаевич Скалон, Людмила Николаевна Тюлина, Николай Николаевич Урванцев, Галина Николаевна Грачева. Мы же написали лишь об одной семье, которая приняла участие в работе одной северной экспедиции. Но сколько было отважных, знавших таймырскую землю, людей, оказавших содействие тем, кто занимался изучением географии полуострова и жизни его обитателей, делал открытия, вписывая Таймыр в историю России?

Только авторизованные участники могут оставлять комментарии.
библиотека/о_невольных_участниках_великих_открытий.txt · Последние изменения: 12:14 10.07.2014 — murtazaj